Наверно, я ценю обыденность больше всего.
Сейчас поясню.
Вот, научился я чему-то новому. Учился долго, работал, напрягался. И, вот, наконец, выучился. И теперь занимаюсь этим делом, ежемоментно радуясь тому, какой-же я молодец, что умею делать такие крутые штуки.
Всякий раз, приступая к делу, испытываю трепет приобщения к чуду, которое творится у меня на глазах с моим участием.
Но опыт за опытом — умение прибывает, и чувство восторга куда-то уходит. И тогда мне становится неинтересно заниматься этим делом. Приелось. И я завязываю.
Проходит время и в какой-то ситуации я вдруг вспоминаю: «Ах, так ведь я же могу сделать тот фокус и по идее это должно сработать». И снова делаю дело.
Делаю его — и в этом нет ни восторга самолюбования, ни сытой приевшести. Просто делаю. Так хорошо, как могу, опираясь на инструкции и опыт. Ничего особенного. Просто я это умею.
И обычно только после этого можно считать, что я начал действительно практиковать это искусство. Когда оно стало обыденной частью моего жизненного потока, когда я свободен и от экзальтации и от тоски по экзальтации.